Американцы – как дети малые, тащат в рот все, что понравится. Они с радостью делятся, что прихотливая структура «Точки обстрела» – дань уважения композиционному строению «Расемона» (1950). И сами того не ведают, что у Акиры Куросавы композиция, складывавшаяся из нескольких точек зрения на одно и то же событие, вовсе не выглядела ловким монтажным трюком, а вырастала из нравственной подоплеки всей истории, из мистерии духа, из философии относительности правды. В «Точке» же мастерство ножниц и клея лишь на первый взгляд выглядит попыткой представить простое непростым, выдать сочиненный банальный теракт за комплекс сложных внешних и внутренних противоречий, изобразить ситуацию умней, чем есть на самом деле.
     На деле, пять или шесть раз повторенный сюжет, данный с разных углов центральной мадридской площади Плаза Майор, выглядит не больше, чем умело составленной головоломкой, паззлом, который складывается в одномерную картину, стоит лишь сложить все кусочки в единственно верном порядке. Собственно, какой-либо неправды в фильме как таковой не наблюдается, есть только одна-единственная правда, до которой бескомпромиссный агент Барнс добирается с рвением разъяренного быка, сметающего все на своем пути. Позже, кстати, позабыв о своей игре «в Куросаву», авторы и вовсе отдают весь фильм на откуп стремительному действию – с взрывами, погонями и перестрелками.
    Самое смешное, что любые попытки зацепиться хотя бы за одну умную идею авторы гасят, сами того не понимая. Убийство и взрывы, представленные в начале фильма на мониторах новостного фургона телекомпании GNN (ну, понятно, CNN), оживляют в памяти бодрийяровские рассуждения о сфальсифицированной телевидением войне в Ираке, однако сама собой проклевывавшаяся крупица здравомыслия теряется в момент, когда агенту Барнсу открывается истина при взгляде на один из мониторов. Еще веселей становится, когда в действие вводится сам президент, сусальный, положительный до невозможности и разве что не оборачивающийся настоящим суперменом.
     А по Мадриду с камерой в руках несется одышливый американец (разумеется – кому еще в мире в минуту кромешного ада взбредет в голову непременно снимать «для истории»?), доводящий введенную линию случайного маленького свидетеля в маховике больших событий до полного абсурда – это когда бедняга Ховард Льюис и зафиксирует все до кадра, и анекдотическим образом спасет ребенка. Террористы, впрочем, тоже не лыком шиты и понимают, что никакие глобальные идеи не стоят детской слезинки, и в ответственный момент выворачивают руль и берут левее. Глядя на все это безобразие совершенно ошалелым взглядом, нельзя все-таки не подивиться американской наглости и ребяческому простодушию.    Хотят, как всегда, лучше и умнее, а получается сплошной адреналиновый пиф-паф.

Комментарии