Следуя указаниям радиоточки у сборочного конвейера, девушка фабричная Ян-гун вскрыла себе вены, сунула туда провода, обмотала запястья изолентой и воткнула вилку в розетку. Отчасти это не удивительно — ее бабушка считала, что является матерью семейства мышей и ела только маринованную редьку, ее мать тоже не без странностей. Не без странностей и режиссер Пак Чхан-ук — к моменту, когда уже и бабушка редьки поела, и высоковольтная Ян-гун упала на пол фабрики, только закончились титры и начался собственно фильм.

Очнувшись в психбольнице, девушка знакомится с ее обитателями — обширным паноптикумом психо-поэтических отклонений. Здесь есть человек, который всегда извиняется, и дама, одержимая своим лицом, девушка-йодлер, грезящая об альпийских лугах и парень в маске зайца, который умеет красть чужие личности. Сама же Ян-гун может поведать свои тайны только молчаливым техно-друзьям — автомату, продающему напитки и свету электрический лампы. Дело в том, что она киборг.

Странность режиссера "Олдбоя", завершившего свою трилогию о мести и вступившего с "Я — киборг, но это нормально" в новый период, разумеется, не в мышах и изоленте, а в той невероятной щедрости, с которой он разбрасывает находки и уловки. Каждую минуту лента грозит обратиться чем-то неожиданным, течет как свежая эпоксидка. Очарованный Тимом Бертоном Пак потребовал от своего композитора, чтобы тот сочинил музыку в духе Дэнни Элфмана, что тот и сделал. Под эти параноидальные переливы поминутно кажется, что лента вот-вот свернет в кровавую фантасмагорию, что почти и происходит, когда у девушки-киборга, решившей расправиться с врачами, из пальцев появляются изрыгающие огонь и свинец дула пулеметов, а изо рта начинают сыпаться гильзы.

Но расстрел врачей заканчивается комнатой с мягкими стенами, а фильм застывает, наконец, в форму, отдаленно напоминающую "Науку сна" Гондри. Правда, в отличие от француза, кореец не пытается быть таким назойливо-милым — девушка твердо решила быть хорошим киборгом, а это значит избегать семи смертных грехов: сочувствия, грусти, беспокойства, сомнений, бесцельных мечтаний, вины и благодарности. От сочувствия она избавилась, упросив украсть его парня в маске зайца. Другие грехи остались, к ним прибавилась любовь, и теперь зайцу и киборгу придется вместе расшифровывать послание, сообщающее, что Ян-гун, на самом деле — атомная бомба.                             

В принципе, по эту сторону пустыни Гоби и Урала помещать действие фильма в психбольницу уже очень давно — дурной тон, особенно если больница эта вполне балаганная, с заламывающими руки и вопящими безумцами и повсеместно валяющимися кататониками. Пак, однако, один из лучших современных режиссеров, и списать свои сомнения на культурные различия здесь проще, чем брюзжать по поводу зажеванных метафор. Тем более, что сыгравшая Ян-гун Лим Су-ен на вид еще как безумна, а сыгравший парня-зайца Рэйн (азиатская мега-звезда поп-музыки, включенный в список 100 влиятельных людей мира журнала Time, актер следующего фильма Вачовски "Спиди-гонщик") исполнен более чем достоверного сочувствия.

Сама же история о поисках смысла жизни девушкой-киборгом, которой управляют по радио, слишком достоверна, чтобы отстраниться от нее из-за такой мелочи, как психушка. Радиоволны повсюду, не говоря уже про мобильные телефоны, SMS и телевизор. Можно спросить, в чем смысл жизни, у микроволновки, но она тупая. Поиск друзей — всегда трудная штука. Главное тут не разговаривать с банкоматами — это уже точно сумасшествие.

 

 

 

 

www.film.ru